Я почти месяц собираюсь написать о моих коллегах-ассистентках и сожительницах - и всё никак. Хотя если бы я всё же сделала это, когда задумала, про них всех получился бы абзац, а теперь каждая соседка уже на главу потянет... Но я не стану утомлять вас главами, не тревожьтесь.
Итак, ныне дом мой представляет собой огромную квартиру при лицее Поля Сезанна. Разумеется, живу я в ней не одна, а с представительницами в большей или меньшей степени просвещённых европейских стран: Англии, Германии и Испании. Каждая из дев уже заняла место в моём сердце, но испанка - пуще остальных. С неё и начну. Пожалуй, она лучше всех нас знает французский. Всё это благодаря эротическим стихам, которые она переводит с испанского на французский и готовит к изданию. Да, они и впрямь эротические, я читала - заводит, но не очень, я ведь хуже неё знаю язык. Ах, да, испанку звать Эленой. Она флейтистка и страшно любит изучать иностранные языки, посему ездит в рамках программы "Эрасмус" по разным странам, а её бойфренд Давид сидит в Испании и дуется, что она опять уехала.
Как все истинные испанцы Элена ужинает в 10 вечера, как правило, карбонарой или сендвичами с ветчиной. Что касается гастрономии, то мои сожительницы до ужаса интересно питаются. Так вот, как-то раз, я обнаружила у дверей Элены свёрток. Ну свёрток и свёрток, подумала я и даже как-будто позабыла о нём. Но свёрток продолжал лежать и будоражить моё воображение. Потом от дверей он перекочевал на кухню, куда-то в район стола, и я заподозрила, что в свёртке, похоже, еда - или что-то, что раньше служило едой. Но поскольку запаха я не услышала, встревожилась не сильно. Потом, конечно, спросила, что там. А там, кто бы вы думали? Волшебный кролик? Ну нет, не угадали. Колбаса! Какая-то специальная испанская колбаса, видимо, не портящаяся, ибо она уже месяц на нашей кухне живёт, без холодильника, заметьте. Хотя причём тут какая-то колбаса, когда Элена так добра и душевна! Я прихожу к ней по вечерам поболтать. Она любит смешные зонтики...
Поскольку Элена флейтистка, у неё в комнате покоится флейта - Элена привезла её из дома после каникул. Но что-то пока не играет. Ещё она знает Глинку, Мусоргского и Римского-Корсакова - это так мне приятно, что я готова ей простить то, что она не знает Федерико Феллини.
А вот немке по имени Сара я не могу простить того, что она не читала "Будденброков" Манна. И хотя она крайне мила и, как говаривала моя прабабушка, отчётлива, сие недопустимо. Хотя, конечно, зачем ей читать Манна, даже если он там у них как у нас Лев Толстой, если спустя 3 дня по приезде она способна закрутить роман с шеф-поваром лицейского буфета. Это я к тому, что она страшно красива, я прям смотрю и наглядеться не могу - потому что красоту люблю чрезвычайно. Каждое удачное событие, даже совсем не значительное, Сара отмечает возгласом "Ю-ху!", но очень ненавязчиво, что делает ей честь и совершенно меня не раздражает. Она активна и обладает маленьким красным автомобильчиком какой-то хорошей марки, которую я не помню. Впрочем, Сара мне нравится. Она очень воспитанная, заботливая и аккуратная. Она ненавидит беспорядок и гноилище, у неё всегда есть план и запасной план тоже есть всегда. Она абсолютный шеф и мне до сих пор стыдно, что я взяла на себя руководство печением блинчиков, которое мы предприняли две недели тому назад. Но, кажется, она не обиделась, а ела с удовольствием. Да она, вообще, всё ест с удовольствием, очень по-немецки и в немецких количествах. Да-да, очень стереотипно - сосисочки, бекон жаренный, фаршированный сыром, паштеты, гарниры; всегда в сумочке пара бутербродов с балыком. Роман, опять же ни с кем-нибудь, а с шефом столовой. При этом у Сары, конечно, не фигура, а мечта, причём не Рубенса мечта, а вполне современная. Ты, говорю ей, моя маленькая немка (по-русски звучит странно, но по-французски это ma petite allemande), ешь, как Будденброки. А она краснеет, тупит взор и обещает послушать аудиокнигу... Наверное, мы на днях по её инициативе собачку заведём. А что, все за.
Только мы боялись, что наша англичанка Керри будет против. Но оказалось, что у неё дома, в Оксфорде, уже есть пёс, так что она привыкшая к собакам - не возражает. Керри вызывает у меня противоречивые чувства. Потому что будучи доброй, безалаберной и смешливой (всё, как я люблю), она умудряется так чавкать за обедом, а потом ещё громко облизывать пальцы и так отчаянно вырывать интернт-кабель из розетки ногой в тот самый момент, когда Кемерон целует Хауса... А это как раз то, что я очень не люблю, поэтому иногда даже и не знаю, что мне делать, чтобы проявлять чудеса толерантности. Но я их всё же проявляю и весьма довольна моими подружками, с которыми мы и живём по-соседству, деля кухню и сантехнику, и путешествуем вместе, и на званые обеды ходим. Тут как-то принято всем вместе быть приглашёнными куда-то или приглашать - тоже вместе. Если нас зовут куда-то, в гости, скажем, Сара сразу: "Ю-ху!", Элена прыгает, а Керри бежит на бигуди накручивается... Я же - философически смотрю в даль, понимая, что мне снова нечего надеть и остаюсь дома... Намедни болтали на кухне, и я возьми и скажи - хочу, говорю, романа (имея ввиду область человеческих отношений). "О, у меня есть "Манон Леско" - вот такая книга!" - ответила англичанка... Так и живём.
( по многочисленным просьбам фотографическое изображение под катом )